Tagged: Япония

Японский дизайнер делает одежду для близнецов

Akihide Nakachi работала в Comme des Garcons перед тем, как основать собственный лейбл.

Akihide Nakachi всегда влекло к «вещам, невидимым невооруженным взглядом». Эта интроспекция очевидна в дебютной коллекции дизайнера; линия концептуальных платьев, пальто и костюмов, которые должны носить два человека одновременно.

«Я хотел сделать одежду, которую вы могли бы принять, – говорит Накачи, который получил степень по психологии, прежде чем изучать моду и работать на Йодзи Ямамото и Comme de Garçons. «Эти одежды заставляют вас чувствовать теплоту близких, но и одиночество, когда их нет».

В интимном акте обмена одеждой есть намек на сексуальность. Но одежда Накачи больше связана с тем, как человеческая близость может быть привязана к тому, что мы носим. Центральная часть коллекции, розовое оберточное платье, нагруженное оборками и складками.

«Когда люди испытывают тесный контакт, высвобождается окситоцин гормона, – объясняет он, – что увеличивает доверие». Это особенно важно в современном японском обществе, которое борется со старением населения, падением рождаемости и феноменом kodokushi или «одинокой смерти». «Я хотел показать людям, что вместо того, чтобы страдать мы можем быть ближе к друг другу».

Оригинал. Перевод: f/64

Такаси Мураками: Это сон?

Takashi Murakami, несомненно, является самым известным художником в мире современного искусства Японии. Он многим обязан своим трудом и нелегким трудом. «Если я отдыхаю более шести часов, я чувствую себя очень ленивым, и мне нужно вернуться к работе. Я не могу расслабиться, – говорит он. Неустанный выход новых работ, скульптур и выставок, созданных им самим и его командой из 300 помощников галереи Кайкай Кики, вызван одним простым страхом: «Я боюсь, что мне будет скучно, – говорит художник. Hypebeast понаблюдал за Мураками в течение трех дней подряд перед его массовой выставкой «HEADS⟷HEADS» в галерее Perrotin в Нью-Йорке. От нереальной синхронизации работников его студии, до встречи с безумными поклонниками.

Японское независимое кино. Травяной лабиринт

Травяной лабиринт (草 迷宮 Kusa meikyū) – японский фильм режиссера Сюдзи Тераяма, который был выпущен во Франции в 1979 году и в Японии в 1983 году.

Сюрреальная экскурсия в подсознание молодого человека, ищущего слова мелодии, которую его мать возможна пела в детстве. Мечтательные образы достигают кульминации в сцене обнаженного тела девушки, покрытой каллиграфическими персонажами.

Творчество Тэраямы отличают самобытность, буйная фантазия, провокационный тон, богатство поэтических ассоциаций, интеллектуальная полемичность и заостренность в сочетании с жесткой оппозицией академизму; пристрастие к ярким визуальным и театральным эффектам; частое обращение к насыщенной (а иногда и гротескной) эротической образности; значительная роль, уделяемая материнской фигуре и темам, связанным с «эдиповым комплексом»; критическое отношение к пережиткам феодального общественного устройства, парадоксально перемежающееся с ностальгией по уходящему в прошлое традиционному укладу деревенской жизни. Многие произведения Тэраямы выросли из противоречивых влияний молодежной контр-культуры 60-х годов, критического осмысления западного воздействия на японское общество и богатых фольклорных традиций сельской Японии. Управляя собственным независимым театром «Тэндзё Садзики» и регулярно снимая авторское кино, Тэраяма проявил себя также как харизматичный лидер и незаурядный организатор. На протяжении своей творческой карьеры он сумел вовлечь в свои художественные начинания представителей самых разных слоев японского общества: от трудновоспитуемых уличных подростков до выдающихся актеров, музыкантов (J. A. Seazer, Кан Миками), поэтов (Сюнтаро Таникава), фотографов (Эйко Хосоэ и Хадзимэ Саватари), кинооператоров (Тацуо Судзуки) и художников (Таданори Йокоо, Aquirax Uno).

Восстание японской молодежи. Интимный портрет

«Счастливые семьи – все одинаковы, – замечательно заметил Толстой, – но каждая несчастная семья несчастлива по-своему». Обратное можно сказать о самых нестабильных членах семьи: подростках. В конце концов, каждый счастливый подросток счастлив по-своему; но несчастливые подростки – все одинаковы.

В 1964 году фотограф LIFE Michael Rougier и корреспондент Robert Morse отправились в Токио, чтобы задокументировать эпоху восстания одного японского поколения и вернулись назад с удивительно интимным, часто тревожным портретом подростков, мчащихся к забвению.

Фотографии, которые, как представляется, дышат как безрассудной энергией, так и острым отчаянием – мы не просто видим детей, которые расширяют границы недовольства общества. Вместо этого нам предлагают редкий и тревожный момент соучастия: это поколение потерянных мальчиков и девочек, как показывают работы Rougier, пытается рассказать нам что-то, упрекающее и озадачивающее, о мире, который мы создали.

Кейзо Китадзима. Эстетика DIY

Кейзо всю жизнь снимал зернистые и нечеткие уличные портреты. Китадзима провел конец 70-х годов, рассказывая о улицах и ночных клубах Токио в быстрой последовательности выставок в стиле DIY, пока его учитель, фотограф Дайдо Морияма, не призвал его расширить свою практику. В начале 80-х годов Китаджима прибыл в Нью-Йорк, а через десять лет отправился в распавшийся Советский Союз. Где-то между ними он захватывал безумные уличные снимки в Сеуле, Гонконге, Лондоне, Париже, Праге, Берлине, Будапеште и Варшаве – временами в супер-насыщенном цвете, другие в зернистом черно-белом.

Теперь, в 62, это редкое интервью показывает, почему неуловимый японский ‘объектив’ выходит за раамки уличной фотографии, чтобы показать более глубокие слои человеческой правды.

Называть работу Кейзо Китадзима «уличной фотографией» было бы упрощением. Знаменитый японский фотограф документировал городскую уличную жизнь городов от Токио до Нью-Йорка до Москвы на протяжении десятилетий. Его работа – песчаная, экспериментальная, конфронтационная – вдохновила поколение молодых уличных фотографов и расширила границы японской фотоэстетики – грубой, интенсивной, размытой. Его высококонтрастные сцены ночной жизни Токио; насыщенные цветные фотографии Нью-Йорка 70-х и 80-х годов были уличной фотографией, подталкиваемой к самым сырым, самым экспериментальным пределам того, что он называет «неидентичным».

Именно эта энергия изначально привлекла внимание Рей Кавакубо, которая заказала у Китадзима съемку рекламной кампании Comme des Garçons в 1995 году. Бренд уже был известен тем, что у него есть партнерские отношения с художниками и фотографами, продвигающими границы, для создания рекламы, которая была одновременно необыкновенно красивой и увлекательной. Обычно объявления даже не демонстрировали одежду, предпочитая предаваться описанию простого образа. Кавакубо выбрала несколько изображений Китадзима, снятых в Нью-Йорке и Токио, как дань уважения реальному стилю улицы, захваченному объективом фотографа.

Когда дело доходит до разговоров о его работе, Китадзима съеживается. В этом редком интервью, через переводчика, он, создавая свою персональную выставку в Little Big Man, предпочел, чтобы его жизненная работа говорила сама за себя. Когда его спросили о его работе с Рей Кавакубо для рекламной кампании Commes des Garcons 1995 года, его ответ был лаконичен. «Да, я встретил ее. Это была оплачиваемая работа для меня, поэтому я не очень хорошо ее помню». Когда его спросили, восхищается ли он нынешними уличными фотографами или уличными брендами, которые обращаются к фотографии, такие как Public School и Supreme, он отвечает: «Я не восхищаюсь ни одним современным уличным фотографом, и я не знаю этих брендов».

 

Кейзо Китадзима и творческий процесс.

У вас всегда была эстетика DIY в том, как вы фотографировали и представили свою работу. Как это развивалось и как это связано с сегодняшним днем, ​​с молодыми фотографами, использующими instagram, самостоятельную публикацию и т. д …

Между их творчеством и Instagram нет определенности. Instagram – это не-сайт, и то, что я делаю, зависит от сайта.

Термин уличная фотография так широко используется сегодня. Считали ли вы себя «уличным фотографом», когда вы только начинали?

Меня больше интересуют города, чем улицы. Сначала, когда я нашел интересный город, я хотел вдаваться в него во всех его подробностях. После 1991 года я прекратил использовать портативную камеру для фотографирования городов как фланер – это определение «уличного фотографа». Поэтому я больше не считаю себя «уличным фотографом».

Каково было ваше впечатление о стиле и культуре в Нью-Йорке, когда вы приехали туда впервые? И как оно развивалась, когда вы проводили время на улицах. Вы недавно были в Нью-Йорке? Если да, каковы были ваши впечатления?

В Нью-Йорке, который я знал с 1980-х годов, знаменитости и богатые люди жили рядом с низшим классом. Энди Уорхол и пехотинцы были на одной улице. Я не был в Нью-Йорке с тех пор.

Как вы решали, где снимать? Вы всегда носили с собой камеру?

Я фотографировал города, которые мне нравились. Обычно я не носил бы с собой камеру.

Расскажите о своих отношениях с Дайдо Морияма? Каким он был наставником?

Он был хорошим учителем.

Как вы думаете, ваша работа влияет на работу сегодняшних уличных фотографов?

Это трудный вопрос; Я не могу сказать. Я думаю, что люди, на которых могло повлиять мое творчество, смогут лучше ответить.

Каковы были некоторые сходства и различия в фотографировании Японии и Нью-Йорка?

Было бы разумнее сравнивать Нью-Йорк и Токио; Я не могу сравнивать Нью-Йорк и Японию, потому что это разные вещи. В любом случае, нет реальной разницы в фотографировании двух городов.

Сюдзи Тэраяма. Японское Экспериментальное Кино

Режиссёр Тэраяма Сюдзи был одним из кумиров детства Кунихико Икухары. Участники группы Be-Papas не раз упоминали, что авангардистский стиль работ Тэраямы сильно повлиял на визуальные образы «Утэны».
Биография

Тэраяма Сюдзи (10.12.1935 — 04.05.1983) — известный японский авангардист, театральный и кинорежиссёр, драматург, поэт, фотограф, спортивный обозреватель.

Родился в городе Хиросаки, перфектура Аомори, был единственным ребёнком в семье. Отец ушёл на войну в 1941, умер в 1945. Когда Тэраяме было девять лет, его матери пришлось уехать, чтобы работать на американской военной базе в Кюсю. Тэраяма остался жить с родственниками, и ему выдедлили для сна место за экраном в кинотеатре.

В 1954 Тэраяма поступил в престижный частный университет Васэда. Он изучал японский язык и литературу, но вскоре был вынужден бросить учёбу из-за болезни, после чего стал работать в баре в Синдзюку. Впоследствии он писал в своих эссе, что через бокс и скачки можно познать жизнь гораздо лучше, чем через посещение школы и прилежную учёбу. В те годы Тэраяма проводил время, сочиняя поэзию и прозу, а также изучая японскую литературу и западную классику. В особенности его впечатлил Лотреамон и его «Песни Мальдорора».

До 1959 он работал над радиопередачами и постановками. В 1960 он женился на продюссере Кудзё Эйко и в 1967 году основал вместе с ней театральную группу «Тэндзё Садзики». Название группы взято из японского перевода фильма Марселя Карне «Les Enfants du Paradis» (Дети райка) и дословно может быть переведено как «Небесные дети». Тем не менее, правильный перевод — «Галёрка» (в японском — сложная аудитория, которая шумит и мешает исполнителю).

«Тэндзё Садзики» — одно из ярких явлений японского андерграунда 1960—70-х годов. Их художественная деятельность характеризовалась авангардизмом, экспериментаторством, интересом к фольклору, элементами ситуационизма, гротеска и эротического шоу. Труппа ставила спорные и неоднозначные спектакли, в которых поднимались социальные темы и пересматривались устоявшиеся взгляды.

В 1970 вышел первый полнометражный фильм Тэраямы — «Император Томатный Кетчуп».

Наиболее известные поставновки «Тэндзё Садзики»: «Синяя Борода», «Yes», «Преступление толстяка Оямы».

Наиболее известные фильмы Тэраямы: «Император Томатный Кетчуп», «Выбрось книги, вали на улицу!», «Пастораль: умрем на природе», «Боксер», «Прощание с ковчегом».

Стилистика

Большинство фильмов Тэраямы состоят из экспериментальных отрывков, сильно различающихся по стилю и тематике. В молодые годы Тэраяма увлекался общественно-политическими вопросами и занимался слегка наивными революционными провокациями, твёрдо веря, что бокс и другие активные виды досуга учат жизни куда лучше книг. Повзрослев, он занялся созданием прекрасного сюрреального кино, посвящённого исследованиям вопросов памяти и прошлого.

Творчество Тэраямы отличают самобытность, буйная фантазия, провокационный тон, богатство поэтических ассоциаций, интеллектуальная полемичность и заостренность в сочетании с жесткой оппозицией академизму; пристрастие к ярким визуальным и театральным эффектам; частое обращение к насыщенной (а иногда и гротескной) эротической образности; значительная роль, уделяемая материнской фигуре и темам, связанным с «эдиповым комплексом»; критическое отношение к пережиткам феодального общественного устройства, парадоксально перемежающееся с ностальгией по уходящему в прошлое традиционному укладу деревенской жизни. Многие произведения Тэраямы выросли из противоречивых влияний молодежной контркультуры 60-х годов, критического осмысления западного воздействия на японское общество и богатых фольклорных традиций сельской Японии.

Смотреть фильмы.

Артхаусное аниме Эйити Ямамото «Печальная белладонна»

До недавнего времени эта картина считалась почти потерянной для кинематографа, однако бережная реставрация и перевыпуск сделали ее доступной каждому киноману в мире. Фильм японского режиссера полностью анимирован вручную и исполнен в причудливой акварельно-карандашной технике. Белладонну называют «оккультной психосексуальной одиссеей», но она нарисована слишком хитро, чтобы назвать ее эротической и в то же время слишком провокационно, чтобы отпустить зрителя от экрана.

Сюжет — знакомая фаустовская сказка: став жертвой насилия со стороны жителей деревни, красивая крестьянка продает свою душу дьяволу, чтобы жестоко отомстить обидчикам.

Японская концепция пространства может изменить ваше понимание мира

Когда вы первым заходите в конференц-зал, не кажется ли вам, что в помещении пусто?

Человек, выросший на Западе, воспринимает комнату для совещаний прежде всего как пространство, созданное для переговоров между людьми. Поэтому вполне закономерно с его стороны назвать помещение, в котором никого нет, пустым. Как замечает философ Хэнк Остерлинг, «для человека Запада в комнате перестает быть пусто лишь тогда, когда в нее кто-то заходит».

Однако на Востоке к пространству относятся немного иначе. В Японии каждое помещение наделено особым смыслом, по важности стоящим выше любого происходящего в нем события. Для японцев пространство принимает непосредственное участие в формировании отношений между людьми, поэтому тот же конференц-зал в Токио будет наполнен символами и незримыми правилами, по которым присутствующие могут или должны взаимодействовать друг с другом. Таким образом, пространство в Японии всегда будет обладать невидимой структурой, функционирующей вне зависимости от того, находятся в нем сейчас люди или нет.

Оформление помещения воспринимается нами как процесс создания взаимосвязи между стенами и объектами, в то время как японская концепция целиком опирается на отношения между людьми. Сместив привычное для нас понимание в сторону Востока, мы можем открыть для себя неожиданную сторону пространств повседневной жизни и по-иному взглянуть на то, как в них развиваются человеческие взаимоотношения.

Японская концепция пространства

Западные дизайнеры и архитекторы давно вдохновляются японским пониманием пространства. Но мы тоже можем узнать немало интересного, причем не только о том, как представители разных культур подходят к самому понятию, но и о том, как это реализуется на практике. Профессор Нихонского университета Мицуру Кодама считает, что на формирование японской концепции пространства повлияли две фундаментальные традиции: исконный для нации синтоизм и пришедший с материковой Азии буддизм.

Синтоизм учит японцев высоко ценить гармонию между людьми и уделять особое внимание разным проявлениям межличностных отношений: как вербальным, так и невербальным. С буддизмом в культуру пришли идеи коллективизма и понятие о пустоте. Все эти принципы «предполагают отказ от принципиальных идей и действий», — объясняет Кодама. Даже японское слово нинген («человек»), отражает специфику восприятия поступков и характера. Первая составляющая слова (нин) переводится как «человек», вторая (ген) обозначает «пространство» или «промежуток». Представление о личности формируется не в отрыве от внешней среды и не на основании частных характеристик, а из контактов и отношений, которые человек выстраивает в процессе коммуникации.

Похожим образом воспринимается японское пространство, предназначенное главным образом для того, чтобы упорядочивать все взаимодействия, возможные случайности и связь человека с окружающими его людьми и обществом в целом. Например, традиционные японские чайные дома имеют узкие и невысокие двери. Исторически их цель заключалась в том, чтобы гости опускали голову при входе, а самураи оставляли свои мечи за пределами комнаты. Таким образом, двери напоминали гостям об их положении по отношению к хозяину и о неприемлемости насилия в развитой цивилизации. Японское пространство продолжает культурные традиции и ценности, а не служит местом, где они рождаются.

 

Четыре типа японского пространства

У японцев существует по меньшей мере четыре разных слова для обозначения пространства, и почти все они имеют существенные различия с английскими аналогами.

Японские слова ставят акцент главным образом на характере межличностных связей, а не на специфике самого помещения. Каждое из четырех понятий рассматривает социальные взаимодействия с разных точек зрения, и каждое из них может оказаться полезным в переоценке пространств, которые мы создаем и используем в нашей повседневной жизни.

Коммуникационное пространство (ва)

«Мы уселись друг напротив друга в небольшой комнате, и я почувствовал, как в атмосфере (ва) воцарилось напряжение».

Ва нередко переводят словом «гармония», но нельзя сказать, что оно со всей точностью отражает суть понятия. Ва заключает в себе осознание межличностного взаимодействия, и его часто передают при помощи слов, применимых для описания ветра. Каждое пространство оказывает свое влияние на отношения, которые получают развитие в его пределах. Ва показывает, какой характер имеет это влияние в данный момент.

К примеру, иностранных туристов, наслышанных о строгом деловом этикете японской нации, может поразить ночная жизнь, бьющая в Японии ключом. На смену длинным рабочим дням нередко приходят вечера, исполненные веселья и непринужденных разговоров, проведенных за выпивкой. Возможность установить благоприятное ва и укрепить отношения — одна из причин, по которой коллеги проводят свое свободное время вместе.

Рабочее пространство организовано таким образом, чтобы настроить общение между людьми на соответствующий лад, но совместная работа может создавать стресс и разногласия, с которыми необходимо справляться. В большинстве социальных групп офис расценивается как неподходящая для таких вещей обстановка. Вместо этого в Японии существует идзакая — особый вид баров, позволяющий развивать неформальные отношения между коллегами. Алкоголь, уединенные комнаты и уютные столики дают возможность собравшимся делиться мыслями, которые не могут быть высказаны в рабочей среде. Сотрудники могут отчитать своих начальников, а атмосфера в идзакая способствует обнаружению и решению проблем, существующих внутри коллектива.

Каждый из нас может более ответственно подходить к выбору пространства в зависимости от того, что мы собираемся делать и говорить. Обстановка влияет на характер отношений, которые мы создаем с окружающими людьми. Если вы ждете от человека искреннего разговора о чувствах, где вы предпочтете провести вашу встречу? Подойдет ли шумная кофейня для обсуждения личных тем, или лучше сделать выбор в пользу ужина при свечах в уютном ресторане?

Пространство для оптимизации умственных процессов (ба)

«В проекте было задействовано много разных отделов, поэтому прогресс оставлял желать лучшего. Но рабочее пространство (ба) было прекрасно организовано, и в иных условиях прорыв был бы просто невозможен».

Суть ба заключается в организации элементов обстановки таким образом, чтобы они способствовали открытию новых идей и приобретению опыта. В то время как ва нацелено на личные взаимоотношения, ба отдает приоритет созданию и распространению новой информации. И если главное предназначение ва заключается в установлении гармонии между людьми, то основная цель ба — помочь им найти достойное применение своим знаниям и опыту.

Концепция «открытого офисного пространства» есть не что иное, как один из основных принципов проектирования помещения для ба. Многие японские офисы представляют собой просторные помещения с широкими столами, рассчитанными на большое количество сотрудников. Такая организация рабочего места направлена на то, чтобы между работниками постоянно происходил процесс обмена информацией, в том числе случайный. Японцы также поощряют междисциплинарное взаимодействие, так как, по их убеждению, сочетание разных точек зрения — один из залогов успеха. В совместной работе специалистов из разных областей всегда существует риск слабой эффективности, но структура организации ба располагает к тому, чтобы любой опыт выдвигался на всеобщее рассмотрение.

Чтобы привнести в свою жизнь ба, можно подписаться на сообщества в социальных сетях, посвященные тематикам, не входящим в круг наших интересов, или посещать мероприятия, не связанные с основной сферой деятельности. Для создания ба не менее важно общаться с людьми, которые в повседневности не привлекли бы нашего внимания. Необходимо быть открытым к постоянным помехам и встряскам вопреки желанию оставаться в пределах зоны комфорта. Суть идеи заключается в том, что наш опыт обладает ценностью лишь тогда, когда его можно противопоставить опыту окружающих.

Место пребывания (токоро)

«Хоть им обоим нравилось отдыхать на природе, место (токоро), требующее двух пересадок на самолете, казалось не лучшей идеей для свадебного путешествия».

Токоро используется не только для внешнего описания места, но и для передачи его особенностей. В Японии представление о пространстве неотделимо от истории, культуры, общества и других возникающих с ним ассоциаций. Таким образом, концепция токоро — это идея о контексте пространства, поскольку место выступает полноценным участником всех связанных с ним событий.

Если ва регулирует отношения между людьми в пространстве, то токоро отражает действия более глобального исторического масштаба. Тем не менее идея токоро немного расходится с понятием места в западной культуре. В западном понимании место обладает иерархией с четкими границами, что намного упрощает представление об элементах, включенных в состав более крупных частей и в то же время состоящих из меньших деталей: офис расположен в Нью-Йорке, городе Соединенных Штатов. В этом офисе находится отдел продаж, а Жюль — его сотрудник.

Японская концепция пространства не имеет такого четкого разграничения между составляющими: они находятся в динамичном взаимодействии. Здание не может быть расположено в Токио, если самого Токио нет в этом здании.

Негативное пространство (ма)

«Суматоха на этом мероприятии (ма) просто ужасна! Нет и секунды на то, чтобы перевести дух и немного поразмышлять в перерывах между презентациями, переговорами и обедами».

Ма часто переводят как «негативное пространство». Однако, если быть точным, этот термин обозначает область, в которой могут одновременно сосуществовать явления разного рода. Когда мы ведем диалог с другим человеком, нам хочется верить, что он поймет наши слова и уловит именно тот смысл, который мы в них вложили. На деле такое происходит далеко не всегда. Если вы скажете: «Я голоден», ваш собеседник может воспринять это как новую информацию, команду покормить вас, а то и вовсе как выражение сомнения в его гостеприимности, если не совершенно иначе.

Концепция ма заключается в возможности абстрагироваться от всего лишнего, чтобы привести в порядок свои мысли и разобраться с недопониманием. Оформление пространства ма сводится к созданию моментов спокойствия и осознания реальности.

К примеру, японские храмы обычно находятся на вершинах высоких холмов. Долгий и утомляющий подъем по крутым ступеням позволяет человеку избавиться от всех лишних переживаний и подготавливает его разум ко входу в святилище. В крупных городах всюду разбросаны небольшие парки и скверы, дающие возможность побродить по извилистым тропинкам, предавшись неторопливым размышлениям. Даже диалоги на японском языке отличаются долгими паузами, непривычными уху западного человека.

Стремление создать вокруг себя пространство, располагающее к уединению и рефлексии, помогает лучше справляться с давлением и противоречиями современного мира. Разные взгляды на жизнь редко с легкостью уживаются в одной социальной среде, а регулярные поездки из дома на работу и обратно часто сопряжены с большим потоком людей и сильным стрессом. Для его преодоления существует множество способов привнести в свою жизнь элемент ма. Медитация — отличная возможность собраться с мыслями во время напряженного рабочего дня. В читальных залах библиотеки можно найти убежище от суеты современного мира, помешанного на выгоде, а у себя дома — выделить зону без гаджетов. Есть ли по-настоящему пустое пространство в наши дни?

***

Более «японизированное» представление о пространстве открывает для нас новые подходы к организации личного времени и позволяет сосредоточиться на важных для нас сферах деятельности. Пространства для укрепления взаимоотношений (ва), получения новой информации (ба), установления связи с внешней средой (токоро) и уединенных размышлений (ма) могут значительно расширить наш кругозор и способствовать лучшему пониманию окружающих.

Оригинал: Quartz.
Автор: Джеррольд Макграт.

Переводила: Елена Остапчук.
Редактировала: Слава Солнцева.

Источник

I.K.U. Симфония киберпанка и секса

I.K.U. (произносится как ai-kei-ju) — инди-фильм снятый тайваньско-американским автором экспериментальных фильмов Shu Lea Cheang. Он был заявлен как «японский научно-фантастический порнографический фильм». Сюжет фильма частично основывается на сюжете фильма Бегущий по лезвию. Название фильма на японском сленге означает «оргазм». Фильм часто относят к жанру японский киберпанк

Премьера I.K.U. состоялась в 2000 году на Sundance Film Festival. Этот фильм является первым порнографическим фильмом, продемонстрированным в рамках фестивальной программы.

 

Действие фильма развивается в районе 2030 года. Мультинациональная корпорация «Геном» разрабатывает продукт названный «I.K.U.-чип», подключаемый к портативным устройствам пользователей и позволяющий им скачивать с серверов I.K.U. оцифрованные данные об оргазме и испытывать соответствующие ощущения, без необходимости вступать в реальный физиологический контакт с кем-либо. Корпорация отправляет своего кибернетического шейпшифтера Рейко собирать и записывать на встроенный I.K.U.-чип информацию о различных оргазмах, в том числе и включающих оргазмы полученные в нетрадиционно-ориентированных половых контактах. Для сбора информации, Рейко трансформирует свою внешность, стараясь стать более привлекательной для избранного объекта (или пары объектов), вступает с целью в сексуальный контакт и трансофрмирует свою правую руку в кибернетический член, и вводит его в вагину или анус жертвы, до достижения той оргазма, который записывается на I.K.U.-чип.

Рейко подчиняется служащему корпорации «Геном» Диззи, называемому «I.K.U. Runner». Она вступает в контакт с различными людьми, такими как: корпоративный работник, стриптизерша, молодая пара, драг-дилер и мужская проститутка Акира и т. д.

Реклама пива в стиле киберпанк из 90-х стала образцом

Lenta.ru пишет, что в сети обратили внимание на рекламу ирландского пива Murphy Irish Stout, снятую японским режиссером Хироюки Китакубо (Hiroyuki Kitakubo) в 1997 году. Ролик был опубликован в Twitter-аккаунте timsoret, где за сутки собрал более 132 тысяч просмотров, девять тысяч лайков и четыре тысячи репостов.

На видео, действие которого происходит в выдуманной киберпанк-вселенной, одетые в кимоно самураи с катанами, перепрыгивая машины, в неизвестном направлении несутся через мрачный город будущего под напряженную музыку. Целью воинов оказывается ирландский бар, где они, распугав посетителей, заказывают себе стаут, залпом выпивают его и уходят.

Сразу после них пиво пытается заказать неторопливый горожанин. Однако дверь захлопывается прямо перед его носом, а заведение закрывается — спешка самураев была обусловлена скорым закрытием бара. «Это самая удивительная реклама, что я видел в своей жизни», — восхитился один из зрителей.

«Киберпанк и пиво. Что может быть лучше?» — поинтересовался другой.